Республиканская организация Башкортостана
Профсоюза работников здравоохранения
Российской Федерации

Следователи прониклись сложностью медицинских проблем

Противостояние Следственного комитета и врачебного сообщества, похоже, ослабляется. Строго говоря, это никакое не противостояние, потому что СК нападал, а врачи пытались отбиваться. Теперь достигнута некая договоренность – назовем это так. Произошло это знаменательное событие на конференции «Медицинская помощь и медицинская услуга: правовые аспекты», организованной Национальной медицинской палатой.

Председатель Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин признал нагнетание обстановки вокруг медиков. Он привел такие данные: в 2017 году в СК РФ с заявлениями о привлечении медицинских работников к уголовной ответственности обратились 6050 человек, главным образом родственники пациентов, – это в три раза больше, чем в 2012 году, – и возбуждено 197 уголовных дел.

Казалось бы, хорошо: возбужденных дел по сравнению с заявлениями относительно немного. Однако озадачивает нестыковка с тем, что СК сообщал ранее: на те же 6050 заявлений о привлечении медработников к уголовной ответственности возбуждено вовсе не 197 уголовных дел, а 1791. Разница, однако. Какая же цифра истинная?

Александр Бастрыкин объяснил, что сам факт возбуждения уголовного дела не является доказательством вины. И даже призвал: «Давайте щадить врачей, жалеть врачей, понимать врачей. Мы очень серьезно подходим к каждому уголовному делу, понимая, что врач рискует, берет на себя ответственность, пытаясь использовать шанс, которого порой не имеет. Поэтому по большинству дел мы проводим два, а то и три судебно-медицинских исследования. В 90% случаев судебно-медицинская экспертиза дает заключение, что врач не виноват».

Конечно, прекрасно, что истина в конце концов торжествует, и против ни в чем не виноватого врача не возбуждают уголовное дело. Но каково врачам отбиваться от обвинения? Недаром на сайте Нацмедпалаты размещены юридические советы, как вести себя врачу во время доследственной проверки. А следствие может длиться несколько лет. Так было во время «дела трансплантологов», слава богу, в конце концов благополучно закончившегося. Дело против гематолога Елены Мисюриной продолжается три года и еще не закончено. Два года она находилась под подпиской о невыезде (и сейчас находится), две недели провела в тюрьме.

В прошлом году Александр Бастрыкин предложил ввести в УК специальную норму, предусматривающую ответственность за врачебные ошибки и ненадлежащее оказание медицинской помощи и ввести четкие критерии привлечения медицинских работников к уголовной ответственности. На конференции он также высказался против изменений в Уголовном кодексе – замены уголовной ответственности на административную за преступления по неосторожности: «Что касается замены уголовной ответственности на административную, то, мне кажется, этого делать не надо. Но, на мой взгляд, статья 109 УК (причинение смерти по неосторожности) в отношении происшествий, связанных с медицинскими работниками, не подходит: врача из этого перечня надо исключить, так как это специфическая деятельность, которая связана с большим риском, с большой сложностью и набором профессиональных знаний. Надо взять и внимательно посмотреть УК советского периода, там есть специальные составы, посвященные ответственности врачей».

Глава Следственного комитета поддержал предложение профессора Леонида Рошаля учесть опыт работы недавно созданной Независимой медицинской экспертизы при Национальной медицинской палате,  разработать возможный алгоритм ее взаимодействия со следственными органами СК России.

Смягчение позиции СК, как кажется, стало следствием недавнего разговора Леонида Рошаля с Владимиром Путиным на встрече президента РФ с медиками в Санкт-Петербурге. Рошаль сказал: «Мы чувствуем, что активизировались и следственные органы, и прокуратура, и суды. Становится просто опасно быть доктором сегодня у нас. Нужно вернуться к юридической проблеме ятрогенных врачебных ошибок и, с другой стороны, к наказанию за нападение на медицинских работников, ставящее под угрозу и жизнь пациентов. Мы что, теперь должны каждому доктору полицейского предоставлять?»

Он отметил, что медицинское сообщество видит свои проблемы и представляет, как сделать, чтобы пациенты были удовлетворены здравоохранением и врачами, «если их всех не пересажают до этого». На что Владимир Путин пошутил в свойственном ему стиле: «Как говорили в известном фильме, «всех не пересажаете», поэтому бояться нечего, Леонид Михайлович. Безопасность медиков, конечно, должна быть обеспечена, а ответственность за нанесение ущерба медицинским работникам должна усиливаться».

Шутка шуткой, но обещание защиты со стороны президента РФ прозвучало. И вот вслед – на конференции Нацмедпалаты выступает председатель Следственного комитета, выражая сочувствие трудностям врачебной деятельности. Если хотите, свидетельство некоторой гуманизации руководимого им ведомства.

В медицинском сообществе результаты конференции восприняли неоднозначно. Говорят: Нацмедпалата позиционировала себя как организация, созданная для защиты докторов, а теперь вступила в альянс со Следственным комитетом, деятельность которого в последнее время служит немаловажной причиной бегства врачей из профессии.

Вряд ли это справедливый упрек. Леонид Рошаль делает все, что в его силах, чтобы улучшить положение врачей. Если удастся добиться, чтобы случаи ятрогении рассматривались прежде всего Независимой медицинской экспертизой при Нацмедпалате, это будет серьезным достижением. Кто может, пусть сделает больше.


Источник: Независимая газета


12 Апреля 2018

Возврат к списку